Ловчий фрагмент

Hunting Fragment. Russian Stereo






2016
"ЛОВЧИЙ ФРАГМЕНТ. РУССКОЕ СТЕРЕО"


Своим названием проект обязан стихийному визионерскому сеансу, посетившему Елену Самородову в Музее Пия Климента в Ватикане. Рассматривая римские копии греческих статуй из папского собрания, она подумала о преемственности классической традиции и «прямой передаче нам, современникам, Аполлонова завета», вневременной идеи Эталона, что торжествовала в классической Греции. С течением времени Греция оказалась под властью Рима Первого, и исторической метафорой перешла в Рим Третий. Утвердилась в Русском царстве, вошла в Российскую Империю и через Четвёртый Рим – Советскую эпоху, прорастает в эскизных тенденциях Рима Пятого. (Образ Пятого Рима выражен художниками в аллегории Пятилапого волка – Русского Аполлона). Скульптурные сюжеты в фотографических акцентах из Ватикана представляют Охотника (Загонщика) и Жертву (охотничий трофей) в застывшей акматической фазе их контакта, – сам ловчий фрагмент, как таковой.
Это первая часть нашего художественного исследования.

Вторая часть проекта называется «РУССКОЕ СТЕРЕО. ИНСПЕКЦИЯ АПОЛЛОНА». Фабулой истории является движение Артемиды, навстречу её брату Аполлону, который возвращается из Космоса с инспекцией в Среднюю полосу России. Исходя из древнеславянского деления мироздания на Навь – Явь – Правь, Аполлон прибывает в центр ЯВИ.
Артемида, в образе Медведицы, покидает свою берлогу – святилище, палладианскую натурную схему (оммаж храму богини лесов и полей в Эфесе), и направляется к месту Встречи.
Приземлившись где-то в Южно-Уральских степях, Аполлон в образе Пятилапого волка проходит оживающими весенними полями и березовыми фермами в сторону своего святилища – к колоннаде Аполлона в Подмосковье.
В пути его встречают вестницы Артемиды – работницы березовых хозяйств и архетипическое зверье – зайцы, олени, лисы, вестовые сороки.
Инспекция Аполлона секретна, поэтому официальный Рим отправляет поисково – спасательный отряд встречи космических экипажей и вверенную технику, в другую возможную точку приземления.

О чём и было объявлено Urbi et orbi («Городу и миру») ранее.


Сергей Сонин



Палладианская схема № 1
Palladian Scheme № 1
Палладианская схема № 2
Palladian Scheme № 2
Инспекция Аполлона. Берёзовая ферма

Apollo's inspection visit. Birch farm

Поисково-спасательные службы
Search-and-Rescue Detachment
Палладианцы средней полосы

Творческий лейтмотив Сергея Сонина и Елены Самородовой - русская незримая Империя, «секретная Россия» (как её определяют сами художники) Все, что улавливают их внутренний радар и камера, соответствует принципу античной доблести и красоты, унаследованной от Греции Первым, Вторым (византийским), Третьим (царским), Четвертым (советским), и, наконец, Пятым (грядущим) Римом.

Космическая Империя существует вне времени и пространства. Как Медуза Горгона, она предстает не в прямом, а в отраженном виде – в артефактах и симметрии, ландшафтах и эйдосах, мифах и фантазмах.

Артефакты и симметрия. В каждом проекте Товарищества «Свинец и Кобальт» есть «закладной камень» - всамделишный исторический Трофей. Что это будет - античная колонна или березовая кора, неизвестные доселе письма Гоголя, или вещественность Крымской войны, ракетные двигатели, или шнекоболотоход (созданный для обнаружения вернувшихся на Землю космонавтов), римские собаки-молоссы, или черная «Волга» - никогда не известно. Но этот безошибочно выбранный фокус собирает весь свет Империи, прямой и отраженный. Вот этот способ ловли сигналов из Космоса на живую приманку трофея выглядит и новаторским, и традиционным.

В нынешнем проекте - два «трофея»: изъеденный временем массивный фронтон римского Пантеона и фрагменты скульптур животных из Ватиканского музея Пия-Климента, что во дворце Бельведер. Это римские копии с греческих оригиналов, выполненные или составленные из оригинальных частей по заказу папы Пия VI итальянским скульптором Франческо Антонио Францони.

В кадре – максимально приближенный момент «захвата» жертвы, и эта макросъемка - редкий, если не единственный пример фотографирования данных экспонатов. Захваты неумолимы и бесстрастны - красота будто требует жертв с обеих сторон. От неожиданного натурализма и безупречной композиции холодок бежит за ворот – похожий эффект испытываешь от картин Эндрю Уайета или Майкла Кенны, где метафизическая бездна лишь усиливается камерностью подачи. Такие картины – живые модули Космоса.

Ландшафты и эйдосы. Средняя полоса, монотонная, унылая «горизонталь» – излюбленная натура художников. Но вряд ли сыщется лучший плацдарм для развертывания имперского абсолюта. Из сырого подмосковного тумана вдруг материализуются «палладианские схемы» - еловый портик храма Артемиды и березовая Аполлонова колоннада. «Горизонтальный поклон русским архитекторам-палладианцам, прошлым и будущим», - говорят художники. Но не только. Эти выстроенные в реальном ландшафте «елки-палки» остро источают «дым Отечества», дают почувствовать Империю как интимное, усадебное, дачное. И, безусловно, партизанское – учитывая секреты русских побед. Не случайно проект мемориала белорусским партизанам - в виде классической колоннады в лесу – придумал советский архитектор-палладианец Леонид Павлов. Да и сам Палладио взял псевдоним от греческого «палладион» - так называлась статуя богини Афины, которая, по преданию, упала с неба и защитила город от врагов. Что уж говорить о России: средняя полоса – место вечной битвы за Вертикаль.

Мифы и фантазмы. «Ловчий фрагмент» - охотничья «многоходовка», сложная, не лишенная юмора, мистерия, где к еловым и березовым палладианским силкам ведет тайная тропа оборотней. Пока не нашли друг друга божественные охотники – Артемида и Аполлон - они скрываются в образах медведицы и волка, белокурой девы и космонавта. Артемида предается дикой охоте в сопровождении римских молоссов. Аполлон проводит секретную инспекцию по Средней полосе Континента, находя кратковременный отдых в березовой колоннаде, и возвращается обратно на Небесный Парнас, где только и возможен беспристрастный «разбор полёта». Криптограмма - печать с Пятилапым волком скрепит выводы небесного конклава о Пятом Риме. И это все – не считая зрителя – охотника до интерпретаций!

Все проекты товарищества «Свинец и Кобальт» проходят под знаком «крипто». Скромные функционеры «Комитета Аполлона» ловят сигналы Империи там, где они менее всего слышны. Но приборы точны, и потому результат выразителен и прост. Когда видишь, как пылает в чистом поле еловый портик, Герострат на ум не идет. А вспоминается Наполеон. «Voilà de fières murailles!» («Это гордые стены!»), - воскликнул он при виде горящего Кремля.

Юлиана Бачманова

Made on
Tilda